Отмечая свое 25-летие Ингушетия начала активную информационную экспансию на международный туристический рынок. Представив себя в Москве делегация республиканского комитета по туризму двинулась в Японию и Сеул, познакомилась с инвесторами из Турции, а в международном терминале аэропорта Внуково в Москве открыла фото-выставку, которая уже перекочевала в аэропорт Казани. Так ли все прозрачно для туристов в республике, как это видят в правительстве Ингушетии?
Маленькая, да удаленькая

Ингушетия не только одна из самых молодых республик в составе новой России, но и самая маленькая. Будучи стесненной с двух сторон Осетией и Чечней, она разместилась всего на менее чем четырех тысячах квадратных километрах, а население к 2017-му году едва дотягивает до полумиллиона человек. Но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Тем более, что здесь действительно есть чем полюбоваться и насытиться искушенному «развитым капитализмом» туристу: от историко-архитектурных памятников, до нетронутой промышленностью природы и благодатной культуры быта ингушей. На что, собственно, и педалирует республиканский комитет по туризму.

Так, 2015-й год в Ингушетии был объявлен «Годом Туризма», правда, ощутимых результатов это не принесло. Не смотря на имеющиеся рекреационные зоны, обустроенные туристические объекты, оздоровительные комплексы, «турист сюда не бежит» даже из России, а у зарубежных гостей не то, что Ингушетия – само понятие «Кавказ» ассоциируется только с военными конфликтами и «красной зоной» на карте мира.

Впрочем, туристический потенциал региона так или иначе растет по экспоненте: если в 2012-м году здесь побывало около двух тысяч туристов, то уже в 2016-м сюда приехало свыше 45 тысяч. Понятное дело, что это далеко от советских цифр, когда на одного жителя приходилось до пяти туристов со всех республик Советского Союза. Однако после всех междоусобиц на Кавказе такие показатели все же лучше, чем ничего. К тому же масла в огонь туристического интереса подливает то, что в Ингушетии можно найти, пожалуй, все, кроме моря: от экстремального туризма, горнолыжных комплексов и историко-культурных мероприятий до гастрономических и оздоровительных туров.

Зайти с другой стороны

Празднование 25-летия республики решили растянуть на год. Причем с таким размахом, чтобы достучаться до всех. Поэтому и попытка зайти к иностранному туристу через его же «двери» — вполне сносна и в сути своей полезна. Вместо масштабной рекламы на билбордах Азии и Европы ингуши решили знакомить со своей республикой не потенциальных туристов, а потенциальных инвесторов. И не просто знакомить, а между делом еще и их опыт перенимать и примерять на себя. Так вышло и с турецкой делегацией, которая загорелась интересом к комплексу «Армхи» (одному из самых молодых, современных и больших в республике), и с японской, которая, конечно, подумает, но весы все-таки перевешивают в сторону заинтересованности.

Понятно, что вслед за «длинным долларом» интерес к республике появится и у простого зарубежного туриста.

Силовики против боевиков

Не смотря на все мытарства ингушского комитета по туризму – социальная проблема в туристическом аспекте главный камень преткновения. Сообщения о перестрелках и подрывах на территории Кавказа и, в частности, Ингушетии появляются с незавидной регулярностью. Причем формально, здесь это происходит не чаще, чем в той же Европе, особенно сейчас, когда проблема эмигрантов у них стоит острее некуда. Но есть картина новая, а есть – закрепленная в сознании мирового гражданского общества годами. В этом разрезе достаточно небольшого «пшика» на Кавказе, чтобы те же европейские СМИ раздули это в формат очередного военного конфликта едва ли не общероссийского масштаба.

Помощник депутата Самарской Губернской Думы Иннокентий Красильников:

«Пора уже раз и навсегда развенчать миф о том, что на Кавказе, якобы, «опасно». Уровень преступности там ниже, чем во многих других субъектах Российской Федерации. Конечно, для привлечения туристов должна быть хорошая инфраструктура, насколько я знаю, в этой сфере пока в Ингушетии есть проблемы и фронт работы здесь большой, но нет задач невыполнимых для десантника Евкурова, начальника штаба моего полка, в котором я служил по контракту. Уверен, всё получится».
На сегодняшний день УМВД и УФСБ республики держат экстремистов и террористов в «ежовых рукавицах». Стоит заметить, что и вооруженные локальные конфликты в Ингушетии возникают, как правило, между боевиками и силовиками, потому что последние радикальному исламу на Кавказе – как кость в горле.

Борис Надеждин, Президент Института Региональных Проектов и Законодательства:

«На самом деле в Ингушетии, равно как и на Кавказе вопрос безопасности вряд ли является камнем преткновения в развитии туристической деятельности. В Москве, например, шансов попасть в жернов какого-то теракта или правонарушения ничуть не меньше. Другое дело – туристическая инфраструктура, равно, как дороги, общая ситуация с уровнем обслуживания… Ингушетия – это регион с древней культурой, и Альпийский Монблан в любом случае ей сильно уступает, хотя бы потому что Казбек или Эльбрус заметно выше. Что же касается инфраструктуры – это проблема не только Ингушетии, а вообще России. Мне много приходится путешествовать по стране и озвученные выше проблемы касаются практически любого региона страны в части туристической деятельности. Но у Ингушетии есть потенциал, есть возможности. Должно все получиться».

Гражданский бандитизм в Ингушетии, равно как и в других регионах Кавказа, сведен практически к нулю. Если что-то и вспыхивает, то это, как правило, следствие невоспитанности молодежи (как говорится, в семье не без урода), относительного уровня безработицы или междоусобицы тейпов (кланов) что-то между собой не решивших. Последний аспект вообще никак не страшен для приезжего человека, равно как и для тех, кто к конфликту непричастен. Да и вообще, любое нарушение закона здесь, как правило жестко, пресекается не только на правоохранительном уровне, но едва ли не на уровне Главы республики.

sm-news.ru

03 Июл, 2017 в 08:00
72
0