Граждане Турции на референдуме проголосовали за поправки конституции, предполагающие усиление власти президента. Западные эксперты критикуют президента Эрдогана, но и отмечают, что возвращение к статусу-кво было бы неэффективным

Накануне в Турции состоялся референдум о поправках в конституцию, которыми предлагалось усилить власть президента. Немногим более половины (51,3%) участников плебисцита поддержали идею перевода государства с парламентской формы правления на президентскую. На Западе неоднозначно воспринимают будущие перемены, близко к сердцу. Похоже на ситуацию с приветствием избрания президентом США Дональда Трампа в России, за которым последовало разочарование, мягко говоря, от американских ударов «Томагавками» по российскому союзнику в Сирии. Прагматично отнесся к происходящему в Турции президент Беларуси Александр Лукашенко, которого на Западе называют «последним диктатором Европы».

Лукашенко как государственник, понимающий, что так называемые либеральные демократические ценности не одинаково подходят для всех стран, в поздравлении отметил: «турецкий народ поддержал усилия действующей власти, направленные на достижение экономического роста, политической стабильности и мира в государстве».

«Убежден, что принятое на референдуме решение будет способствовать дальнейшему укреплению суверенитета и независимости Турции», — говорится в тексте поздравления, распространенного пресс-службой главы государства.

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков сообщил журналистам, что референдум – «абсолютно суверенное дело Турецкой Республики», к волеизъявлению турецкого народа все должны относиться с уважением.

«Наверное, к этому и сводится наш комментарий», — приводят слова Пескова корреспонденты ТАСС.

Общая картина

Профессор кафедры международных отношений в Университете имени Кадира Хаса в Стамбуле Соли Озел совместно с обозревателем издания «Taraf Daily» Сезин Они считают, что референдум 2017 года – «самое критичное голосование в современной истории» страны, так как на карту поставлен характер политической системы.

Турецкие эксперты объяснили, что конституция Турции «была написана военной хунтой» в 1980 году, подавляющим большинством ее приняли через два года. С тех пор ее трижды меняли всенародным голосованием и 15 раз – законодательными актами. На этот раз предложенные изменения – радикальны, так как всю «политическую власть передадут в руки исполнительной». Несмотря на то, что парламент будет существовать, он больше не будет центральным местом в политической системе.

Что изменится?

Значительно сократится роль, функции и полномочии политических партий. Президент сможет распускать парламент по своему усмотрению и в любое время. Должность премьер-министра упразднят, а членов правительства будет назначать без согласования с парламентом глава государства.

Президенту разрешат издавать указы в качестве единственного руководителя органами исполнительной власти. Турецкого лидера наделят широкими полномочиями в отношении назначения судей, сам он не будет нести уголовной ответственности. Сохранится драконовская конституция 1982 года, уверены эксперты.

Первое и последнее слово в модели «президентство в турецком стиле» остается за одним человеком – главой государства. Возможности привлечь к ответственности за действия и решения президента становится невозможным.

«Поправки рассчитаны на одного человека; нынешнего главу Республики Реджепа Тайипа Эрдогана», — пишут эксперты в блоге на сайте Лондонской школы политических и экономических наук.

Разные политические «правые» лидеры выражали одобрение президентской форме правления из прошлого. В 2003 году к ним присоединился и Эрдоган, когда впервые стал премьер-министром Турции.

«Идейный дух, лежащий в основе этих поправок, заключает в себе популистское мышление: президент, поскольку он будет выбран путем всенародного голосования, будет представлять волю большинства. Следовательно, он не может поступать неправильно и не может нести ответственность, потому что он – само воплощение народа», — говорится в тексте.

С 2010 года в Турции всеобщие выборы проводили трижды, один раз президентские, один – муниципальные, и два референдума. Все мероприятия, кроме одного, позволили Партии справедливости и развития (ПСР) укрепить власть.

Исключение составили результаты парламентских выборов в июне 2015 года – ПСР набрала только 40,9% голосов, и впервые с 2002 года не смогла сформировать однопартийное правительство. Тогда помогло политическое покровительство Эрдогана, и в ноябре того же года, после волны терактов, граждане вновь пришли на избирательные участки.

«Насилие в перерыве между выборами привело к тому, что ПСР получила 49% голосов. Партия снова стала у руля», — пишут Озел и Они.

Что если «да», что если «нет»?

До того, как стали известны предварительные результаты референдума, аналитик и адъюнкт-профессор Университета Карлоса III в Мадриде Илке Тойгур заявила, что, если граждане проголосуют «за» поправки, это станет «самым значительным институциональным изменением со дня создания Турецкой Республики». До 2019 года в стране продлится переходный период. Затем состоятся президентские и парламентские выборы, после чего страной будет управлять «всесильный президент».

Эксперт подчеркнула, что и Венецианская комиссия, и комиссия Совета Европы, в который входит Турция, предупредила, что предложенные изменения конституции – «опасный шаг назад к конституционно-демократическим традициям Турции».

«Некоторые аналитики поставили вопрос: будет ли это [изменение конституции] означать, что Турция больше не соблюдает копенгагенские критерии, ставя под угрозу ее кандидатуру на вступление в ЕС. Даже если драматического жеста не ожидается до окончания немецких выборов в сентябре, будет сильная критика, особенно со стороны Европейского парламента, который уже проголосовал за принятие необязательного решения о замораживании переговоров о вступлении Турции [в ЕС]», — пишет она в блоге.

Если бы граждане проголосовали «против», то это воспринималось бы провалом правительства, особенно после ситуации с повторными парламентскими выборами. Тойгур считает, что в таком случае мог бы рассматриваться вариант с досрочным голосованием, даже если электорат «устанет от предвыборных тестов».

Чрезвычайное положение, которое введено в Турции 10 месяцев назад, могли бы продлить.

«Поскольку голосование «против» [поправок] повлечет за собой возврат к статусe-кво, в котором уже есть много экзистенциальных проблем, стране необходимо будет переориентироваться на свои внутренние дела, чтобы найти решения этих проблем», — считает Тойгур.

Она обратила внимание, что в бюллетене не было самого вопроса – только варианты ответов: Evet/Hayir (Да/Нет). Большая часть голосов «да» говорит о лояльности проголосовавших к партиям ПСР и ПНД (Партия националистического движения; объединились в один фронт в поддержку изменений до референдума). Кроме того, уверена эксперт, «Да/Нет» в бюллетене по существу означают «соревнование между двумя сильно разделенными и поляризованными лагерями и личностью самого Эрдогана».

Слишком высокий уровень поляризации в стране, выше чем когда-либо, делает общество одновременно напряженным и открытым для манипуляций.

«Действительно, ситуация нарушает один из основных принципов новой конституции: консенсус. С самого начала этого процесса между политическими партиями не было консенсуса. Хотя потребность в конституционных изменениях признается всеми сторонами, масштаб и пределы этих изменений остаются весьма спорными. Референдум стал чрезвычайно личным делом, ориентированным на то, кто должен управлять Турцией, когда реальным вопросом в конституционной реформе должно быть «каким образом нужно управлять Турцией?», — считает Тойгур.

Эксперт также считает, что предвыборные кампании в поддержку и против поправок были неравными. Со ссылкой на доклад ОБСЕ, Тойгур добавила, что свободными выборы вряд ли могут быть, когда страна остается в чрезвычайном положении. Выполнить этот стандарт в такой ситуации невозможно.

«Эта ситуация является фоном для референдума и, без сомнения, вызывает вопросы о легитимности результата. Турция, несомненно, находится на перепутье, и референдум определит путь к своему будущему. Страна испытала сложные времена в преддверии голосования, и общество чрезвычайно поляризовано, что затрудняет достижение консенсуса по какому-либо вопросу, не говоря уже о консенсусе по такой важной теме, как конституционные изменения. Каким бы ни был результат референдума, стране нужна более демократичная форма правления — та, которая может предоставить равные возможности всем своим гражданам независимо от их происхождения», — заключила она.

«Нет надежды»

Итоги референдума говорят о том, что президент Турции «преуспевает в поляризации» общества. Почти 50% (по факту 48,7%) проголосовавших «против» не являются однородной группой, и было бы неожиданностью. Если внезапно появился бы жизнеспособный кандидат от оппозиции. Такого мнения придерживается Димитар Бечев, старший научный сотрудник Евразийского центра Атлантического совета и научный сотрудник Центра славянских, евразийских и восточноевропейских исследований Университета Северной Каролины в Чапел-Хилл (США).

Эксперт считает, что в Турции завершается процесс создания единоличной политической системы, которая в значительной части 2010-х годов находилась в стадии формирования. Бечев заявил, что формула победы «50+1» достаточна для того, чтобы Эрдоган мог ссылаться на «волю народа», а всех критикующих называть «предателями».

«Надо понимать, что этот референдум — не конец путешествия. Конституционные изменения, передающие всю исполнительную власть в руки президента, упразднение премьер-министра и подчинение парламента общенациональному лидеру, вступят в силу только после следующих выборов главы государства, которые состоятся в середине 2019. Эрдоган должен будет быть возвращен избирателями. Вероятность такого исхода достаточно высока. 50 процентов, которые выступают против нынешнего президента, не являются однородной группой, и было бы неожиданностью, если бы появился кандидат, способный бросить достойный вызов», — пишет он в блоге для Лондонской школы политических и экономических наук.

Бечев обратил внимание, что ПСР и ПНД вместе удалось собрать только 25,2 млн голосов. Это на 4 млн голосов меньше, чем их общий результат на парламентских выборах в ноябре 2015. Эксперт считает, что в дальнейшем можно будет констатировать несостоятельность обещаний о том, что «суперпрезидентство» принесет Турции стабильность по причине разрозненности общества.

Эксперт пишет об вскрывшихся разногласиях и в исламистском обществе, и среди националистов, голосующих за ПНД. Республиканская народная партия оспаривает результаты референдума в суде (оппозиционная партия, представители требуют пересчета 60% бюллетеней). Бечев пишет, что удивился бы, если РНП смогла бы опротестовать результаты, но ее сторонники никогда их не признают.

«У Эрдогана нет другого выбора, кроме как прибегнуть к репрессиям, возможно, к грубой силе, чтобы разобраться с несогласными», — пишет Бечев.

Но еще хуже то, что в юго-восточных провинциях продолжается вялотекущая война, которую не может выиграть ни Эрдоган, ни Рабочая партия Курдистана (РПК). Через границу, в Сирии, до сих пор бардак, и конца не видно. Военная операция «Щит Евфрата» официально завершена, но турецким военнослужащим придется сдерживать курдов. Джихадисты будут продолжать сеять хаос в Турции.

Сильный президент должен покончить с плохими воспоминаниями о 90-х годах, когда в стране действовали коалиционные правительства. Однако мятежи РПК и воздействие Турции на Ближний Восток являются своего рода возвращением к бурным 90-м.

Бечев заключил на пессимистической ноте: период с 2002 по 2011 год был временем надежды. Теперь в стране преобладают страх и ненависть. Референдум 16 апреля он назвал «горьким», последствия которого будут преследовать Турцию.

Пять дополнительных пунктов

Дэни Родрик, профессор кафедры основ международной политической экономии в Гарвардской школе управления им Джона Ф. Кеннеди, в пяти пунктах изложил личное мнение о референдуме в Турции. Во-первых, он предложил всем тем, кто делает какие-либо сравнения, признать, что референдум прошел в не демократических условиях. Далее, дословно:

«Если вы объявите о смерти турецкой демократии, то расскажите вашим читателям, почему вы ее подбадривали, пока она умирала.

Если вы собираетесь раскручивать очередную сказку про секуляристов против исламистов — пожалуйста, пожалуйста не делайте этого. Это об одном человеке и власти.

Если вы собираетесь писать о том, что Эрдоган начал хорошо, а кончил плохо – пожалуйста, не обижайте нашу разведку.

Если вы пишете «Эрдоган заставил экономику расти», проверьте цифры (или спросите у того, кто проверял)».

sm-news.ru

18 Апр, 2017 в 11:56
194
0