В 2016 году российский авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» совершил боевой поход к берегам Сирии и несколько месяцев был в центре внимания как российских, так и зарубежных СМИ. За это время в различных СМИ были написаны десятки статей и мнений, касающихся единственного российского авианосца. Большинство из них в той или иной степени имело весьма «негативную окраску» и буквально пестрили нелестными словами в адрес «Кузнецова», а общим лейтмотивом большинства данных статей и публикаций является сомнение в боевой эффективности «Кузнецова» и общей целесообразности наличия корабля подобного класса в ВМФ России. 

В большинстве статей, посвящённых «Кузнецову», мнение о его низкой боевой эффективности, как правило базируется на банальном сравнении с американскими авианосцами, и в результате данного сравнения «Кузнецов» часто даже называют «недоавианосцем». Однако подобное мнение совершенно игнорирует концепции применения и задачи авианосцев в России и США. Прежде чем понять, какую роль играет «Адмирал Кузнецов» и какие задачи он должен выполнять (как и гипотетические новые российские авианосцы) необходимо рассмотреть путь становления авианесущих кораблей в истории России.

«Рождение» авианосца, как класса кораблей, произошло на рубеже 1920 годов. В 1920-х годах руководство военно-морских сил молодой Советской республики стало едва ли не одним из первых, кто оценил потенциальные возможности данного класса кораблей. Стоит заметить, что в 1920-х годах, несмотря на появление авианосцев в США, Великобритании и Японии, взгляды на данный класс кораблей и представление об их боевой роли в будущих битвах на море было весьма туманным. К примеру, в США, где авианосцы сейчас являются одним из главных символов их военно-морского могущества, в целесообразности наличия такого класса кораблей были серьёзные сомнения и руководство ВМС относилось к ним очень негативно, а развитию авианосцев в США и будущему пересмотру взгляда на них способствовало мощное лоббирование. Само по себе появление авианосцев в передовых военно-морских державах того времени, во многом обязано знаменитому Вашингтонскому договору, подписанного всеми крупными мировыми державами. Данный договор прекратил безумную «гонку» дредноутов, начатую после Первой Мировой войны Америкой, Японией, и Великобританией, которая была вынуждена «подхватить эстафету». Гигантские, поражающие воображение линкоры и линейные крейсеры, которые уже строились к моменту подписания Вашингтонского договора вынуждены были пойти на слом. Однако, что бы хотя бы часть усилий не пропала даром и с целью обеспечить работой судостроительные заводы, часть недостроенных линкоров и линейных крейсеров была перестроена в авианосцы. Так появились, например, американские авианосцы «Лексингтон» и «Саратога», и японские «Акаги» и «Кага». 

Попытки создания авианосцев руководством ВМФ СССР активно предпринимались в конце 1920-х годов. В «наследство» от Российской Империи Советскому Союзу досталось 4 недостроенных линейных крейсера класса «Измаил», головной из которых имел степень готовности порядка 60%. Предполагалось достроить его уже в качестве авианосца. Также существовал проект перестройки в авианосец линкора «Полтава», вышедшего из строя вследствие обширного пожара. К сожалению, различные причины, главным образом экономическое состояние СССР того времени, не позволили реализовать данные проекты. В 1930-х годах в строительстве флота СССР сосредоточился главным образом на строительстве лёгких сил — эсминцев и подводных лодок. Вновь к вопросу об авианосцах руководство вернулось в конце 1930-х годов. Во второй половине 1930-х началась реализация колоссальной и амбициозной программы строительства т.н. «Большого флота», предполагавшей строительство к 1947 году огромного флота, ядром которого должны были стать 15 супер-линкоров класса «Советский Союз» и столько же тяжёлых (фактически линейных) крейсеров класса «Кронштадт». Несмотря на то, что были заложены 3 линкора класса «Советский Союз» и головной крейсер «Кронштадт», экономическая мощь Советского Союза, который в условиях ещё не завершившейся индустриализации вынужден был создавать огромную сухопутную армию и военно-воздушные силы, едва ли позволяла реализовать столь амбициозные планы. В рамках программы «Большого флота» предполагалось и строительство двух авианосцев проекта 71. Однако начавшаяся Великая Отечественная война поставила крест и на программе «Большого флота» и на авианосцах. 

Конец Второй Мировой войны ознаменовал закат эпохи линкоров, а авианосцы прочно заняли роль главной ударной силы флотов передовых военно-морских держав, хотя ещё к началу Второй Мировой концепции авианосцам отводилась «вспомогательная» роль — они были призваны обеспечить воздушное прикрытие эскадры и обеспечить ввод в бой своих линейных сил на более выгодных условиях, путём повреждения  тяжёлые боевых кораблей, в первую очередь линкоров. Невероятно быстрый прогресс в области авиации в конце 1940-х годов, ознаменовавшийся переходом к реактивной авиации, что повлекло за собой радикальный рост лётных и боевых характеристик самолётов, многократное увеличение боевой нагрузки и т.д., колоссально увеличило боевую мощь авианосцев, сделав их невероятно эффективным средством как завоевания господства на море, так и для нанесения ударов по территории противника, находящейся на большом удалении от береговой линии.

Начавшаяся практически сразу после окончания Второй Мировой, Холодная война поставила советский флот перед необходимостью противостояния не только ВМС США, но и их ближайших союзников, таких как Англия и Франция. К концу Второй Мировой флот США был мощнейшим в мире, существенно превосходя по совокупной мощи флоты всех остальных стран. Напротив, флот СССР был наиболее слабым из флотов всех держав и фактически был исключительно «прибрежным». В 1946 году  Главным штабом ВМФ СССР была разработана грандиозная судостроительная программа, по сути представлявшая собой «реинкарнацию» нереализованной программы «Большого флота». В рамках данной программы предполагалось строительство 4 линкоров, 10 линейных крейсеров, 84 крейсеров, 12 авианосцев, 358 эсминцев и 495 подводных лодок. Реализация данной программы позволяла приблизить численность советского флота к ВМФ США. И если в довоенной программе «Большого флота» предполагалось строительство только двух авианосцев, то в новой их число возросло до 12 — они должны были обеспечивать воздушное прикрытие будущих советских тяжёлых артиллерийских кораблей. 

Однако такая программа в тот момент выглядела абсолютно утопической. Во-первых, её едва ли мог выдержать изнурённый Великой Отечественной войной Советский Союз, который в условиях начавшейся Холодной войны был вынужден вести колоссально дорогие работы по созданию ядерного оружия и средств его доставки, а также по созданию десятков различных образцов вооружения и военной техники, в том числе работы по созданию различного ракетного оружия. Во-вторых, быстро стало очевидно, что эпоха линкоров и тяжёлых артиллерийских кораблей безвозвратно уходит в прошлое — в условиях появления реактивной авиации и ракетного оружия им просто не оставалось места. Практически сразу же программа строительства «Большого флота» была «скорректирована» в строну уменьшения, последовавшая в 1953-м году смерть Сталина привела к окончательному свёртыванию строительства крупных артиллерийских кораблей. А так как строительство линкоров и линейных крейсеров было свёрнуто, отказались и от строительства авианосцев, которые должны были их защищать.

В 1950-х годах СССР полностью сосредоточил усилия на строительстве подводных лодок, создании противокорабельных крылатых ракет и их носителей. Место крупных артиллерийских кораблей заняли эсминцы и крейсеры нового поколения, оснащённые первыми противокорабельными ракетами (ПКР). Создавались и первые подводные лодки, вооружённые ПКР, появились они и на вооружении морской авиации. Советские ПКР и их носители предназначались для поражения крупных кораблей вероятного противника и главным образом авианосцев. Параллельно с созданием эффективных «противоавианосных» средств руководством флота ставился вопрос и о создании собственных авианосцев. Впрочем единства во мнениях относительно авианосцев в советском флоте не было. Ярым сторонником авианосцев был тогдашний главком советского флота Николай Герасимович Кузнецов. В 1954 году им был представлен план судостроения на 1956-1965 годы, который предполагал строительство 5 авианосцев проекта 85 для Северного и Тихоокеанского флота к 1965 году, с вступлением в строй головного авианосца в 1960-м. Однако данные авианосцы были исключены из судостроительной программы и стали последним проектом, который Кузнецов пытался «протолкнуть» до своей отставки в 1956 году. Нельзя сказать, что данные авианосцы были «отвергнуты» безосновательно. Их строительство потребовало бы дополнительных и крайне существенных усилий советской промышленности и экономики, и без того в тот период работавшей в условиях колоссального напряжения. Кроме того, авианосцы проекта 85 и внешне и по своим характеристикам фактически соответствовали модернизированным американским авианосцам класса «Эссекс», построенных ещё в годы Второй Мировой. В тот момент, когда предполагалось строительство авианосцев проекта 85 в США уже строились супер-авианосцы класса «Форрестол». Таким образом, если бы авианосцы проекта 85 и были построены, то они фактически могли годиться только в роли вертолётоносцев, что в итоге и произошло с американскими модернизированными авианосцами класса «Эссекс» — к 1970-м годам их возможности по применению современных самолётов были исчерпаны.

С другой стороны в годы правления Н.С.Хрущёва почти на все рода войск «распространилась» «ракетомания» (что впрочем в изобилии имелось и в вооружённых силах всех остальных держав), ракетное оружие казалось «панацеей», которая отправит на «свалку истории» огромное количество видов «старого» вооружения и военной техники. Однако, ракетное оружие в итоге оказалось чрезмерно переоценено. Не обошла «ракетомания» и флот — считалось, что появление морских зенитных ракетных комплексов позволит обеспечить надёжную защиту от авиации и избавит от необходимости в наличии авианосцев. Однако авианесущие корабли СССР вскоре очень понадобились.

30 декабря 1959 года в состав ВМС США вошла атомная подводная лодка с баллистическими ракетами «Джордж Вашингтон», имевшая на борту 16 баллистических ракет «Полярис» с дальность полёта до 2.5 тысяч километров, которые можно было запускать из подводного положения. Для сравнения, советские подводные лодки с баллистическими ракетами имели всего 3 баллистические ракеты малой дальности, с дальностью полёта в 1400 километров, которые необходимо было запускать из надводного положения . В марте 1961 года в составе ВМС США уже вошла последняя, пятая подводная лодка класса «Джордж Вашингтон». На момент Карибского кризиса ВМС США имели уже 8 подводных ракетоносцев класса «Джордж Вашингтон» и «Итан Аллен», и количество подводных ракетоносцев в ВМС США росло огромными темпами. Данные подводные лодки представляли колоссальную угрозу безопасности Советского Союза — находясь на боевом патрулировании вблизи советских берегов, они могли поражать большинство целей на европейской территории СССР, при этом «Поларисы» имели за счёт относительно «небольшой», по сравнению с межконтинентальными баллистическими ракетами, дальности полёта существенно меньшее время подлёта к целям, не превышающее 10-15 минут. Поводом к размещению советских баллистических ракет малой и средней дальности на Кубе, что привело к знаменитому Карибскому кризису послужило размещение Америкой в Турции 15 баллистических ракет малой дальности «Юпитер» с дальностью полёта в 2400 километров. Такую же опасность представляла всего одна подводная лодка класса «Джордж Вашингтон» или «Итан Аллен».

Советскому флоту необходимо было в кратчайшие сроки создать средство для борьбы с этими подводными ракетоносцами. Для этих целей было начато создание крейсеров-вертолётоносцев проекта 1123, работы по проектированию которых начались в 1958 году. В конце 1962 года на Николаевском судостроительном заводе был заложен первый крейсер-вертолётоносец данного проекта — «Москва». Через день после спуска на воду «Москвы», 15 января 1956 года был заложен второй крейсер-вертолётоносец «Ленинград». В состав ВМФ СССР они вошли 25 декабря 1967 и 22 апреля 1969 года соответственно, войдя в состав 21-й бригады противолодочных кораблей Черноморского флота. Данные крейсеры имели полное водоизмещение в 15 тысяч тонн, большой ангар и полётную палубу, занимавшую половину корабля, обеспечивавшие базирование и применение 14 противолодочных вертолётов Ка-25ПЛ. Данная авиагруппа позволяла производить круглосуточный противолодочный поиск. Кроме авиагруппы, крейсеры проекта 1123 имели и неплохое вооружение — пусковую установку для двух противолодочных ракет «Вихрь» и 2 «передовых» на тот момент ЗРК «Шторм», имевший каждый двухбалочную пусковую установку и боезапас в 48 ракет. 

Крейсеры-вертолётоносцы стали наиболее эффективным в 60-х годах советским средством поиска вражеских подводных ракетоносцев. Во-первых, сама по себе эффективность противолодочного поиска вертолётами является наиболее высокой, по сравнению с гидроакустическими средствами надводных кораблей (противолодочный вертолёт считается, пожалуй самым страшным врагом подводников, т.к. помимо «разбрасывания» гидроакустических буев, имеет возможность зависнув опустить под слой термоклина, непроницаемого для гидроакустических импульсов, под которым стараются «прятаться» подлодки, опускаемую активную гидроакустическую станцию), а в 60-х годах эффективность советских корабельных гидроакустических станций к тому же была невысокой. Во-вторых, подводные ракетоносцы класса «Джордж Вашингтон» и «Итан Аллен» были одними из первых представителей АПЛ 2 поколения и имели достаточно высокую шумность, что облегчало их поиск вертолётами. Крейсеры проекта 1123 предназначались для действий вблизи своего побережья, и поиска подлодок во взаимодействии с противолодочными кораблями и «береговыми» противолодочными самолётами — американским подводным ракетоносцам 1 поколения, что бы иметь возможность «достать» удалённые цели в Европейской части территории СССР, требовалось близко подходить к советским берегам, что позволяло эффективно устанавливать за ними слежение в готовности к их немедленному уничтожению в случае начала войны, до того как они смогут освободиться от своего адского «груза».

Крейсеры-вертолётоносцы «Москва» и «Ленинград» стали «первенцами» среди советских авианесущих кораблей и дали советской промышленности огромный опыт их по созданию. Однако, во второй половине 1960-х годов СССР столкнулся с новым вызовом. Появились новые американские подводные ракетоносцы класса «Лафайет» и «Джеймс Медисон», вооружённые уже баллистическими ракетами «Полярис-А3» с увеличенной по сравнению с первой модификацией «Поляриса» дальностью полёта до 4600 километров. Это позволило существенно отдалить от советской территории районы патрулирования подводных ракетоносцев — данные районы как правило находились в Средиземном, Норвежском и Северном море. Советскому Союзу потребовались новые авианесущие корабли, способные вести «охоту» за подводными ракетоносцами вероятного противника в дальней океанской зоне, и иметь высокую боевую устойчивость, которой крейсеры-вертолётоносцы «Москва» и «Ленинград» в дальней океанской зоне не обладали. К тому моменту, советский надводный флот уже «вышел» в Мировой океан и остро встал вопрос об обеспечении воздушного прикрытия соединений советских крупных надводных кораблей. Вопрос о создании «полноценных» авианосцев вновь «встал ребром». Однако в результате целого ряда различных обстоятельств в СССР «родился», пожалуй, уникального в истории класс надводных кораблей — тяжёлые авианесущие крейсеры.

Павел Румянцев

dfnc.ru
29 Май, 2017 в 04:05
117
0